Записки немецкого летчика

Автор, пилот «мессершмитта», воевавший на Западном фронте, рассказывает об опыте нового подразделения люфтваффе – ночных истребителях В книге ярко и образно повествуется о преданности пилотов своей нелегкой профессии, о воздушных дуэлях под звездами, описываются особые условия ночных полетов.
Первая победа Триумф и катастрофа Оборона Берлина Последний приказ

Оборона Берлина

... Я мрачно уставился на приборы и стал набирать высоту. Ни в коем случае нельзя было отвлекаться от полета. На высоте 3000 футов лопасти винтов и крылья начали обледеневать. Я понял это сразу по неровному гулу моторов. Мале подсветил крылья фонариком: уже успела образоваться толстая ледяная корка. Опасная высота. Температура снаружи около нуля градусов; мокрый снег, падая на переохлажденный самолет, превращался в лед.

Все случилось молниеносно. В качестве предосторожности я велел экипажу проверить парашюты и прыгать, как только я отдам приказ. Самолет становился все тяжелее и все хуже подчинялся мне. Теперь я должен был решать, спускаться ли в пояс более теплого воздуха или сохранять набор высоты в надежде миновать опасную зону. Потеря высоты на деле означала конец операции; более того, если обледенение не прекратится, мы будем слишком низко для прыжка с парашютами. Поэтому я решил продолжать набор высоты и выжидать, справится ли машина с круты» подъемом.

Моторы работали на максимальных оборотах. Толстые льдинки с громким скрежетали, обламывались и стучали по обшивке.

– Бесполезно, герр обер-лейтенант, – подал голос Мале. – Начинает обледеневать хвост. Температура за бортом четыре градуса ниже нуля.

Я заметил, что самолет больше не реагирует на движение ручки управления, поставил индикатор на «перетяжеленный хвост» и выжал газ до предела. В таком режиме моторов хватит самое большее на пять минут, но почему я должен жалеть моторы, когда речь идет о жизни экипажа? Я вспомнил отряд английских бомбардировщиков, обледеневших над Северным морем зимой 1943 года. В качестве крайнего средства, чтобы облегчить самолеты, они сбросили в море бомбы, снаряжение, бензин и все же не смогли набрать безопасную высоту. Сорок четырехмоторных бомбардировщиков рухнули в холодные воды гигантскими глыбами льда. Спасти экипажи было невозможно. Случится ли то же самое и со мной? Наш последний шанс – парашюты. Однако не очень-то приятно в такую погоду...

1 2 3 4 5 6 7 8 9

Воздушный акробат

Вскоре после этого случая Петер Споден и лейтенант Книлинг оказались в госпитале Пархима. Оба были ранены в ночном бою. Как-то воскресным утром я навестил их. Главврач совершал обход в это время, и мне пришлось немного подождать. Непривычно мирная атмосфера госпиталя навеяла на меня задумчивость, и я смотрел в окно на голубое небо. Контраст между дневным и ночным небом фантастичен. Всего двенадцать часов назад я поджаривался в аду над Берлином. Двенадцать сотен бомбардировщиков союзников набрасывались...